Сегодня: г.

История «культурного террора»

История "культурного террора"

Расшатывать сознание обывателя и подводить мины под общественный порядок сегодня удобнее именно с помощью культурных артефактов …

Именно это мы сейчас и наблюдаем, и ситуация в обществе только накаляется.

Из всего спектра мнений о фильме «Матильда» можно выделить три:

    • непримиримо противостоящие друг другу православные, считающие фильм оскорблением памяти последнего русского Царя и издевательством над русской историей
    • либералы, дружно кричащие о свободе творчества и опасности «православного талибана»
    • и недоумевающее большинство, порой настолько непонимающее сути происходящего, что готово сравнить протестующих против фильма с теми, кто ведет войну с памятниками в США.

Большего абсурда трудно себе представить. И аберрации эти связаны, в первую очередь, с навязанным обществу представлением, что речь идет всего лишь о «художественном фильме». Однако, речь, как мы прекрасно понимаем, идет далеко не о «фильме». Никого не интересуют художественные и прочие достоинства картины Учителя. Сам его кино-опус никого бы и не заинтересовал, если бы за ним не стояло соответствующей подоплеки, в которой вся суть дела и скрыта. Поэтому и традиционный жупел: «не смотрел, но осуждаю» здесь не работает.

Именно так — не смотрел, не имею никакого желания и категорически осуждаю безо всяких относительных вопросов. Поскольку, дело вообще не в кино. Что, конечно, прекрасно понимают не только православные ревнители, но и либеральные защитники картины, и чего совершенно не могут взять в толк недоумевающие граждане.

Это недоразумение необходимо разъяснить. Возмущение «Матильдой» связано, в первую очередь, с тем, что фильм воспринят православными монархистами как акт духовного террора. То есть, как явление принципиально того же порядка, каким был революционный террор эсеров в России в начале ХХ века. Да, до политических убийств дело сегодня не доходит, но так и времена изменились. Расшатывать сознание обывателя и подводить мины под общественный порядок сегодня удобнее именно с помощью культурных артефактов, «актуального искусства» и проч. в том же духе. На эту тему написаны горы книг, на этом поле работает культур-марксизм и его эпигоны, об этом глубокомысленно говорит «теория Грамши», утверждающая, что захвату политической власти должно предшествовать завоевание «царства культуры» и т.д. и т.п.

И культуртрегеры, работающие на этом поле, прекрасно понимают, что именно развенчание сакральных символов народов становится прологом к их уничтожению. Поэтому, такого серьезного подхода и потребовало отношение к «Матильде», как акту духовной диверсии, каким она несомненно и является.

Чем же еще может являться единственный (!) большой государственный культурный проект (!), созданный к столетней годовщине «русской революции» (премьера которого назначена на революционные дни), и откровенно глумящийся над памятью последнего русского Царя?

История "культурного террора"

Не правда ли, это чем-то напоминает казнь «революционным конвентом» Людовика XVI перед согнанными к эшафоту потрясенными гражданами Парижа и окропление их с эшафота святой кровью короля: «кровь его на нас и на детях наших». Да, не столь драматично, по пост-модернистски весело и глумливо, но — с тем же духовным знаком и той же духовной сутью.

И ближе всего к истине, как ни странно, оказываются именно те, кто сравнивает «Матильду» с американской «войной с памятниками». Ближе именно потому, что, и там и там, мы действительно имеем дело с одним и тем же глобальным процессом, с одной «волной», идущей от западного побережья США до восточных границ Европы. И там и там речь идет о культурном терроре, направленном против исторической памяти европейца, белого человека как он есть.

Да, и снос памятников конфедератам в США, и фильм «Матильда», и наплыв беженцев в Европу, — все это разные феномены одного и того же процесса: культурной, гуманитарной войны против христианской, имперской идентичности европейца, белого человека. Где бы и как бы ни шла эта война — на уровне культуры, гуманитарных акций или экономических программ — это одна и та же война, которую ведут одни и те же силы по разные стороны океана, решающие одну и ту же задачу. Эта задача — построение нового глобального мирового порядка. И те, кто решает эту задачу, прекрасно понимают: пока в европейских народах жива память о христианских предках и императорах, память о христианской империи, память о великой европейской истории, — полная победа глобализма невозможна. Вот почему надо сносить памятники героям-конфедератам, снимать фильмы типа «Матильды», нагнетать этническую напряженность в Европе и т.д. и т.п.

Кстати, об этнической напряженности. Именно после окончания Гражданской войны в США под традиционный белый мир была подведена первая мощная этническая бомба. Если бы в Гражданской войне победили южане, то негры, как предполагал президент Дэвис и элита Южного мира, были бы образованы, социализированы и постепенно обрели бы свободу, став нормальными членами общества — такова была социальная программа Юга. Янки, «освободив» негров, не стали тратиться на их образование и социализацию, они сперва устроили с их помощью настоящий (далеко не культурный) террор против белого населения Юга, а затем заселили ими дно своих мегаполисов. Сегодня черные в Америке совершают преступления в шесть раз чаще, чем белые, четверть черных мужчин находится в тюрьмах, — эта чудовищная статистика стала прямым результатом победы янки в Гражданской войне.

История "культурного террора"

Нечто похожее происходит сегодня в Европе, наводнение которой арабскими «беженцами» — лишь один из пунктов исполнения программы глобализации, чего Сорос, тратящий огромные деньги на эти «гуманитарные программы», даже и не скрывает. Арабские «беженцы» выполняют роль «этнической бомбы», подведенной уже под европейский мир. Едва ли случайно джихадисты испытывают сегодня разные методы террора в Европе: взрывы, наезды на автомобиле, стрельба в кафе, резня на улицах… В «час Х» тысячи подобных «одиночных исламских государств» могут выступить одновременно, сея хаос и ужас повсюду, и подавляя любые попытки к сопротивлению…

Ту же природу имеет и война глобальной элиты против президента Трампа. И дело не в том, что Трамп хочет «дружить с Россией» или сочувствует «белым супрематистам». Трамп уже совершил самое страшное преступление, которое только мог, торпедировав соглашение по ТТIР, и остановив, тем самым, дальнейшее продвижение экономической программы глобализации.

Увы, у нас, в России дела обстоят немногим лучше. Что становится особенно очевидным в столетнюю годовщину великой русской трагедии 1917 года. У нас здесь свои «шарлоттсвилли», свои «беженцы», свои бомбы, подведенные под общество и историческую память народа. И то, что защитники памяти последнего русского Царя ясно увиделив ситуации с «Матильдой» всю подоплеку дела, говорит лишь о том, что, в отличие от большинства, в них жива историческая память, и они прекрасно осведомлены о том, что все прежние атаки на Традицию начинались с подобных же «культурных акций» и «разведок боем».

История "культурного террора"

Достаточно вспомнить знаменитое «дело Дрейфуса» (1896-1906), показавшее столь тотальную продажность юридической системы Франции, что у всей Европы перехватило дух. «Дело Дрейфуса» раскололо европейский мир, накалив его до точки кипения и став во многом прологом Первой мировой войны.

Еще более символична история «культурного террора» начала XVI в., когда до христиан Европы начали доходить факты многочисленных антихристианских кощунств, обнаруженных в еврейских религиозных книгах. Скандал обрел общеевропейский размах, а «диспут о еврейских книгах» вылился в десятилетие горячего противостояния «гуманистов» и традиционалистов (1507-1516). Победили «гуманисты», причем на стороне последних оказались и император и даже папа. Увы, уже в это время в Европе все можно было купить за деньги. Не был исключением и папский двор. «Процесс» пробудил революционный дух Европы и стал естественным прологом Реформации.

Но один из самых трагических эпизодов европейской исторической памяти — Цареубийство. Казнь короля Карла в 1625г. в Англии ознаменовала начало нового «вестфальского порядка» Европы, когда, вместо единой власти Церкви и Римской Империи, в христианском мире восторжествовала власть национальных государств, а вместо единого христианского человечества — политически враждующие «нации», которых стало очень удобно стравливать друг с другом. Первым же непосредственным следствием Цареубийства стал геноцид католической Ирландии, в которой, после походов карательных экспедиций Кромвеля, осталось едва ли более 10% населения.

Непосредственно за казнью Людовика ХVI в. 1793 г. последовал геноцид традиционной католической Вандеи. В долгосрочном же плане силам разрушения с помощью внедренных в сознание европейцев идей «свободы, равенства, братства» удалось взломать всю традиционную парадигму христианской Европы.

Убийство Николая II в 1918-м г. в России стало началом уничтожения русской культуры, аристократии и народа. Убийством Царской семьи силы разрушения открыли эпоху глобального террора против традиционной христианской цивилизации, каким стал весь ХХ век, и которая продолжается и сегодня.

История "культурного террора"

Чтобы понять опасности, которые подстерегают нас со стороны наших так наз. «культур-элитариев», деятелей вроде Серебрянникова или Учителя, достаточно взглянуть на пример США. Глядя на духовный распад американской цивилизации, который мы наблюдаем сегодня, трудно себе представить, что еще каких-то 50 лет назад это был еще вполне нормальный консервативный мир. Ответственность за превращение его в сегодняшний «содом и гоммору» несли несколько «культурных школ», сформированных по принципу революционных партий (эсеры, большевики) или, точнее, тоталитарных сект. Одной из таких сект были так наз. «Нью-Йоркские интеллектуалы» — сплоченная семья культуртрегеров, вышедшая из среды авторов троцкистского журнала «Партизан-ревю». В 50-60-е гг. в Америке невозможно было стать писателем или иной заметной фигурой на культурном небосклоне, не пройдя тщательного отбора этой «семьи». Именно на этой группе лежит во многом ответственность за подготовку и проведение «культурной революции» 60-х в Америке.

Другой важной сектой (работающей уже на философском поле) была так наз. «Франкфуртская школа», создававшая теории «тоталитаризма» и «авторитарной личности», враждебных демократии. Работая бок о бок с «Нью-Йоркскими интеллектуалами», «Франкфуртская школа» готовила революцию 60-х, обрушивая свои удары прежде всего на традиционную семью и христианскую идентичность американцев.

Подобными сектами, работающими уже на поле психологии, были «фрейдистская» и «боасианская» антропологические школы. Они ставили своей задачей стирание генетических, национальных и расовых различий между людьми, размывание национальных культур белых народов. В это же время в моду в Америке входит психоанализ, становящийся чем-то вроде новой квази-церкви, подменяющей традиционные христианские институты.

Все эти секты, похожие по своему устройству (напоминающие, скорее, мафиозные кланы, нежели «научные школы»), координировали между собой свою деятельность, а многие персонажи (как, например, небезызвестная Ханна Аренд) были деятельными участниками сразу нескольких сект. При этом, «Нью-Йоркские интеллектуалы» контролировали элиту главных американских университетов (Гарвард, Беркли Колумбийский и Чикагский университеты), боасианская школа — средние учебные заведения, а психоаналитики окормляли средний класс американских городов.

Главными объектами атак этих культурных сект стали традиционная белая семья, традиционный институт отцовства и традиционная культура, как «неизбежно порождающие фашизм». В том же ряду воспринималось и христианство. Так Лео Штраус, духовный гуру «неоконов», одной из самых влиятельных и опаснейших политических сект современной Америки, всерьез предлагал для «спасения демократии» заменить христианство (как «неизбежно порождающее фашизм») иудаизмом.

Как видим, с точки зрения новых американских культуртрегеров, белый человек, христианин, осознающий при том свою культурную и национальную идентичность, оказывался «трижды фашистом» и подлежал немедленной перекодировке. Об успехе этой тотальной перекодировки свидетельствует сегодняшнее состояние американской цивилизации, лишенной всех своих духовных оснований и находящейся на грани хаоса и гражданской войны. Уничтожение последних символов традиционной американской культуры, которое мы наблюдаем сегодня, снос памятников героям-конфедератам и проч., представляет собой знаки конечного торжества разрушительных сил.

Нечто подобное (возможно, не зашедшее еще столь далеко) мы наблюдаем и в России. Те же культуртрегеры, те же секты «деятелей искусств» заполонили пространство нашей культуры. Их разрушительная деятельность имеет полное подобие революционного террора эсеров и большевиков 1917-го. Правда, нынешние «цареубийства» становятся более символическими, но от того не менее страшными по своей разрушительной силе.

И «актуальное искусство» в духе «Пусси райот» или феминистского «крестопада» на Украине (когда дамы-топлес с бензопилами наперевес спиливали тут и там памятные кресты) ведет, увы, к тем же необратимым последствиям, что и традиционный революционный террор. Дам-топлес, спиливающих кресты, в свое время не остановили, не высекли розгами, не дали отрезвляющего уголовного срока, непосредственным результатом чего и стал, возможно, вспыхнувший вскоре Украинский Майдан… Если бы у нас в России так же спустили на тормозах дело «Пусси Райот», сегодня мы, скорее всего, столкнулись бы с целым цунами вандализма в христианских церквях по всей стране…

И сегодня нашей власти не поздно еще осознать, что провокациями типа «Матильды» прокладываются (причем, совершенно сознательно) дороги к оранжевой революций в России; что акт духовного террора, каким является это «кино», ничуть не менее, а скорее — гораздо более опасен, нежели терроризм пресловутого ИГИЛ: акты классического террора сплачивают народ; акты духовного террора ведут к чудовищным общественным расколам.

«Матильда» уже вызвала серьезный раскол в обществе сразу по линии культуры, религии и политики: «советские» патриоты ополчаются на монархистов, поддерживающие «свободное право художника» на «идеологически узких» консерваторов и т.д. Причем, часто это люди вполне благонамеренны и искренне не понимают причин «всей этой шумихи». Приходится признать, что замысел провокации «Матильда» оказался очень умен. Тем более, власть должна внимательно изучить всю подоплеку дела (хотя бы из соображений самосохранения, поскольку главным адресатом заложенной «бомбы» является именно она). А поскольку для изучения всей подноготной требуется время, целесообразно было бы, как минимум, отложить премьеру фильма до выяснения всех обстоятельств дела.

А еще лучше — вообще дистанцироваться от всякой поддержки «Матильды», признав свою вину в том, что, она, власть, помимо воли, оказалась втянута в эту тщательно продуманную провокацию. Сакральные символы — не те вещи, которыми можно безнаказанно играть. Ибо, стоит ли потакать «сносу памятников», на которых, возможно, единственно, еще держится спокойствие и порядок в нашем обществе? Власти стоит внимательно всмотреться в то, что происходит сегодня в Америке, и сделать соответствующие выводы, если, конечно, она не горит желанием ввергнуть нашу страну в хаос новой революции и гражданской войны.

Источник

© 2017, WebNewz. Все права защищены.

 
Статья прочитана 5 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последний Твитт

Архив

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

info@webnewz.ru